Между Хаосом и Логосом

16 декабря 2018

"Компания Монблан" - энергетический, технологический, финансовый двигатель Шамони, с прошлого года стал еще и центром психологического напряжения, уже не только долины, но и всей обозримой горной и лыжной Ойкумены. Прошлый год принес испытания для технической и экономической системы компании и города, но к счастью, две техногенные аварии - и обрыв тросов канатной панорамной дороги Хеллбруннер над Белой долиной, и пожар, уничтоживший промежуточную станцию подъемника Гран-Монте, и всю линию канатов вместе с гондолами, - все это обошлось без человеческих жертв и даже травм. Но, все дисфункции, происходящие в мире техники, запрограммированы самим существованием техногенных систем, и являются отнюдь не следствием случайности, но следствие неизбежности - мелкие ошибки, допущенные при проектировании, погрешности при строительстве, незаметные ни глазу, ни прибору, наконец, внедрение инноваций, не существовавших в прошлом и, следовательно, не известно, как себя ведущих в будущем, наконец, совокупность такого множества разнообразных, не поддающихся ни прогнозу, ни анализу, факторов, от которых "взмах крыльев бабочки в Шанхае, вызывает торнадо в Техасе", но и это не теория Хаоса, но сумма закономерностей, не поддающихся нашему Логосу, от этого не перестающая быть закономерной. Но, когда происходит техногенная авария, которая не только не становится катастрофой, но и вовсе обходится без жертв, - это уже из области чуда.

О чудесах и технологиях беседуют генеральный директор лифтовой компании Шамони Compagnie du Mont-Blanc Матье Дешаванн, коммерческий директор Антуан Бюрнье и журналист Константин Банников.

К.Б.: У меня кровь в жилах леденеет от мысли, что могло бы быть, если бы пожар на Гран-Монте случился бы не в сентябре, а в январе... Поэтому, то, что произошло - это, конечно, ужасно. Но, если представить, что могло бы произойти, случись это зимой и днем, то этот осенний пожар следует рассматривать, как счастье. И, вы знаете, мы получили со всего мира столько писем сочувствия и поддержки, словно это не пожар, а какой-то костер дружбы. Впрочем, письма злорадства мы тоже получили, но таких единицы.

A.Б.: Я могу себе представить. И после выражения поддержки, мы, в большинстве случаев, получаем вопрос: а что будет ближайшей зимой? Где кататься?

К.Б.: Да-да, Гран-Монте сгорело, покататься не где. То есть, люди бессознательно воспринимают Гран-Монте, как... дом. Как будто бы дотла сгорела сама гора!

А.Б.: Конечно, вершина Гран-Монте - это миф и легенда горнолыжного мира, к которой прикоснуться хотя бы однажды приезжают со всех континентов...

К.Б.: А, прикоснувшись, уже не уезжают.

А.Б.: Именно! С нее начинается на все стороны света одно из известнейших, иконических горнолыжных пространств. И, конечно, причины беспокойства людей понятны. Сгорел символ! Как жить дальше? И мне хотелось бы объяснить, как именно. Вершина Гран-Монте, несмотря на свою легенду, на свое имя и притягательность, - это все-таки не весь горнолыжный кластер "Гран-Монте", это менее 10% этого кластера, и 1,5% всего пространства, покрываемого ски-пассами Шамони. Это мы хотим объяснить людям, которые в Интернете распространяют или верят слухам, что "Шамони сгорело", "В Шамони можно не ехать", и что здесь "больше никаких лыж всю следующую зиму".

К.Б.: И, если учесть, что далеко не каждому лыжнику под силу спуск с вершины Гран-Монте, и не каждый из тех, кому под силу, в состоянии получить от этого спуска то удовольствие, которое получают там райдеры экспертного уровня, то можно сказать, что мало кто из гостей долины в эту зиму будет чувствовать лично себя "погорельцем" того пожара. Но, что теперь? Какие ваши планы? Что построите взамен? Какой вам видится канатная дорога будущего?

А.Б.: Разумеется, наша задача построить канатную дорогу будущего достойной этого самого будущего, надеюсь, не менее великого, чем прошлого. Но, эта задача стратегическая и, все-таки, отдаленная во времени. В данный момент мы решаем куда более неотложную задачу - подготовить пространство Гран-Монте к зиме, то есть полностью его очистить от руин, искореженного металла, упавших на склоны тросов, - всего, что может мешать лыжникам на спуске. И это, на самом деле, труд абсолютно циклопический. Мы работаем над проектом новых доступов и подходов к Гран-Монте. Но это большая стратегическая задача в процессе разработке и планирования.

М.Д.: Весь процесс восстановления верхней зоны Гран-Монте и ее последующего развития имеет два этапа. Первый - это зачистка всей площади от последствий пожара, демонтаж и вывоз всего, что там было. И это нам нужно успеть сделать до снега. Более того, от пожара пострадала система противолавинной безопасности, ее также следует успеть восстановить, и центр управления со всеми его компьютерами установить в новом месте к началу этого сезона. От этого зависит лавинная безопасность всех остальных подъемников и трасс всего ареала. Мы планируем полностью подготовить зону Гран-Монте, за исключением вершины, для наступающего лыжного сезона и закончить все работы к середине декабря. Когда наступающий сезон закончится в мае 2019 года, мы начнем работы по строительству нового терминала и воссозданию комплекса ресторанов и магазинов.

- Каким будет новый терминал? Похожим на тот что был, или полностью новым? Классического дизайна, или футуристического, как один из подъемников в Сан-Антоне, похожий на гигантский часовой механизм?

- На сегодняшний день пока рано думать о дизайне. На данном этапе мы заняты проектированием фундаментальных технологических и структурных оснований и систем. Думаю, что пока можно сказать о том, что новый терминал подъемников и ресторанно-магазинный комплекс будут располагаться в разных зданиях. Если бы так было, канатная дорога от пожара, возможно, и не пострадала бы. Восстановить подъемник как таковой, его обе очереди - от Аржентьера до Лоньяна и от Лоньяна до вершины мы планируем через год, к декабрю 2019-го года. Естественно, будем стараться увеличить пропускную способность всей линии, особенно ее верхней очереди. Не так быстро, потому что это особая экологическая зона, и наши технологические возможности ограничены жесткими экологическими нормами и требованиями по защите окружающей среды. В этом смысле наши желания развивать Шамони технологически абсолютно совпадают с экологической этикой.

К.Б.: Что вытекает из самой экологической логики альпийского бизнеса - если люди приезжают сюда за красотой и чистотой природы, то если их не будет, никто и не приедет.

А.Б.: Вот именно поэтому экологическая этика предполагает и экологическую эстетику. То, что мы построим, должно выглядеть на фоне ландшафта, в идеале, так же органично, как и сами скалы, и не выбиваться из пейзажа. Даже самая гениальное футуристическое сооружение нам не подойдет, если оно не вписано в гармонию природы. Это главный принцип, особенно для Шамони, возможно, в большей мере, чем для каких-то других курортов в Швейцарии или Австрии. Соответственно, у нас есть несколько совершенно четких установок: это, прежде всего, общее совершенство всех технологий, от которых, в конечном итоге, зависит безопасность; экологическая этика и эстетика, как парадигма Шамони; и еще, из конкретных наших задач, которые мы ставим перед собой в процессе воссоздания инфраструктуры Гран-Монте - это обустроить внутреннее пространство самой верхней станции, значительно повысить уровень комфорта терминалов, и обустроить, особенно, там наверху пространство, чтоб оно было гораздо более комфортным, приятным для пребывания именно внутри. Снаружи-то, ты помнишь, всегда все было прекрасно - все эти завораживающие виды, панорамы, смотровые площадки, и т.д. А вот внутри было не очень... Как бы так сказать...

К.Б.: Уютненько...

А.Б.: Гы-гы-гы!

М.Д.: Как-то даже прямо скажем, совсем не уютненько.

А.Б.: Да, и вот мы сейчас и думаем, как бы нам там все устроить, чтобы было совсем уютненько. На всех уровнях Гран-Монте все сервисные зоны будут гораздо более высокого уровня, чем это было раньше. А какие-то возникнут впервые.

М.Д.: На средней станции мы построим теплые раздевалки и камеры хранения лыж и снаряжения, чтобы можно было приезжать сюда налегке. Приехали вы на машине в джинсах, поднялись на среднюю станцию, переоделись в комфортных условиях, и поехали дальше на вершину. Тут же будет и новый качественный ресторан.

А.Б.: Разумеется, Гран-Монте для всех нас - это больше, чем просто гора. Это душа Шамони. Соответственно, для нас воссоздать всю инфраструктуру на новом, достойном уровне - дело чести.