Монтенвер. Перезагрузка

17 июля

В мире горного туризма, и, более того - туризма всемирного, - произошло важное событие: побалансировав на грани инобытия в статусе недомузея, и в качестве уже-не-отеля-еще-не-руины, историческая гостиница Монтенвер вернулась в актуальную реальность своего предназначения. Год реконструкций и миллионы инвестиций потребовались канатной компании Шамони для того, чтобы преобразить все пространство Монтенвера, стряхнуть с него тлен истории и вернуть в нашу с вами современность. Преображенными предстали три объекта: a) обновленный и улучшенный терминал вокзала, в котором, наконец, появилось нормальное современное кафе, отделенное от магазина попсовых сувениров, который также претерпел заметное обновление; b) ресторан «Монтенвер-Панорамик», крыша и терраса которого стали смотровыми площадками, выстроенными с учетом всех тенденций инженерного искусства и современного дизайна; с) отель «Монтенвер» и его собственный исторический ресторан обновился в своем изначальном стиле прекрасной эпохи, и снова заработал как отель.

В гостинице «Монтенвер» после капитальной реконструкции от «прекрасной эпохи» осталось нечто имматериальное – стиль, очарование, флюиды, атмосфера, имена, образы первых путешественников, начинавших Альпийскую историю. Все они личным присутствием отняли Альпы у мифологии, удостоверившись в отсутствии в ледниках Монблана драконов, и рассказав об этом миру. «Давно не было доподлинно достоверных известий о проживании драконов в Альпах. Возможно, они куда-то переселились», - докладывал Генри Готч собранию Британского альпийского клуба в то время, когда популярность Шамони привела к подножью Монблана первые поезда, и счет в количестве желающих лично убедиться в отсутствии драконов, (тайно надеясь таки на их присутствие), пошел на тысячи.
Гостиницу на берегу Моря Льда открыли лет за тридцать до того, как туда же проложили горную железную дорогу, по которой, цепляясь за третий зубчатый рельс, начали карабкаться паровозы. Вот и карабкаются по сей день. А тогда, когда все начиналось, все грузы – от туристов до стройматериалов отеля, - поднимались на мулах.
Чтобы оценить, сколько льда утекло с тех пор достаточно глянуть вниз. Дно Белой долины в этом месте нынче опустилось, наверное, на полтораста метров. А тогда, когда отель принял своих первых постояльцев, уровень ледника был вровень с порогом отеля. Льда с той поры утекло изрядно.
Чем больше утекало льда, тем больше притекало туристов. В наши дни Шамони по количеству туристов в год, равному населению Парижа, конкурирует разве что с самим Парижем. И отель «Монтенверн» на много лет оказался невостребованным в новых тенденций туристических потоков, изменившихся с тех времен, когда туристов сюда поднимали мулы, когда их багажи исчислялись десятками чемоданов, а счет времени альпийских вояжей шел на месяцы. Сегодня правнуки тех, чьи альпийские каникулы длились сезонами, приезжают в Шамони на неделю, а то и вовсе на уикенды. Заменивший мулов, горный трамвай зделал гостиницу более удобной и, одновременно, менее актуальной. Время подъема сократилось с целого дня до менее часа, и необходимость ночевать у ледника отпала; те, кому нужен ночлег в горах, разбредались по приютам, причие нашли удобным жить в центре Шамони, а в горы подниматься на 2-3 часа, чтобы там, заодно, и пообедать. Так Монтенвер, давным-давно закрывшись как отель, никогда не переставал быть рестораном. На втором этаже его четырехэтажного здания было устроено подобие музейной экспозиции, состоящей из постеров, репродукций и фотографий знаменитостей, побывавших на леднике. Здесь это было единственное место, где можно было пообедать, если заранее забронировать столик, поскольку ресторан с количеством посетителей не справлялся. Вокзальный буфет соответствовал своему статусу вокзального буфета и предлагал лишь унылые сендвичи. Тем временем город Шамони жил своей жизнью, и динамично развивался. Количество туристов в сезон било все мыслимые рекорды, и все они хотели подняться на Монтенвер. Необходимость преобразований становилось самоочевидной. И вот, день его нового открытия 07.07.2017, дату, похожую на номер Джеймса Бонда, можно считать днем официальной инаугурации нового витка истории туризма, как истории взаимоотношений человека и пространства. Осталась в прошлом эпоха отелей-дворцов. Сами дворцы не поросли бурьяном, энтропия тут выглядит иначе; время затянуло их паркеты линолеумом, лепнину потолков - пенопластом. Исчезли и сады при виллах, распроданные по квадратным метрам. Послевоенный массовый туризм принес моду на железобетон, изуродовав мегалитами центр города; тогда считалось красивым то, что сегодня выглядит ужасным.
Сегодня мир, а вместе с ним и туризм, наигравшись в бетон и пенопласт, возвращаются к традиционной эстетике, в которой мировосприятие – почти медитация, где камень, дерево, ветер, свет, огонь – не строительные материалы, не системы отопления и освещения, но первоэлементы космоса, созерцание которых есть способ ощутить себя космическим субъектом.
В этом новом тренде старые горные отели, полузаброшенные приюты, древние этнические деревни оказались востребованы, как никогда. В этих очевидных тенденциях идея реконструкции Монтенвера, этого места силы Шамони, витала в воздухе. Дело оставалось за политической волей и менеджерским талантом – двумя условиями, при которых конденсируются инвестиции и проливаются на объекты золотым дождем (в лучшем смысле слова).

В реконструкциях исторических отелей главное – не соскрести вместе с копотью засаленных поверхностей амальгаму Времени. В этом смысле реконструкция была проведена блестяще. В полумраке интерьеров, выполненных из темного дерева, проступают фантомы эпохи. Чтобы призраки былых постояльцев не скитались бестолковым сонмом по коридорам, их всех развели по комнатам, закрепив за каждым персонажем конкретный номер. Вот номер Александра Дюма, вот номер Наполеона 3-го, вот номер Мэри Шелли, в нем вам будет сниться Франкенштейн. Не мешало бы в каждом номере, или на сайте гостиницы, представить информацию о том, с чем тот или иной герой вошел в историю, чтобы придать гостинице уже полное сходство с учебником истории, но, впрочем, в эпоху карманного интернета, такой сервис избыточен. Кто здесь кого не знает, познакомится посредством Википедии.
Интерьеры номеров лаконичны и романтичны, прикроватные тумбочки сделаны из древних чемоданов, лампочки напоминают о заре электричества, деревянные ступени старой лестницы помнят шаги всех, кто по ней проходил. И апофеозом картины – невообразимые виды из любого окна. Складывается ощущение присутствия в чем-то настоящем.
Уедет вниз, в Шамони, к его шумной вечерней жизни последний горный трамвай. Станет тихо. Постепенно стемнеет, и ночной пейзаж Белой Долины в мерцающем в свете вдруг нереально огромных звезд леднике станет исключительной привилегией тех, кто сегодня здесь нашел ночлег.